Конституция 1921 года VS Конституция 1978 года - Vol 3 - Идеология

Когда заходит речь об идеологиях, в большинстве случаев до Французской революции основой практически любой политической власти было трансцендентное: легитимация власти исходила не от осязаемой или сопоставимой основы, а, напротив, власть всегда оправдывалась религией. После Французской революции идеология претерпела изменения, и сегодня она в большей степени предлагает нам основы государственного устройства: какова роль или предназначение государства в жизни индивида, где проходят границы свободы или прав индивида, какую систему ценностей имеет то или иное право и т.д. Право именно поэтому несет в себе важнейшую функцию, что во время столкновения различных прав, посредством этого столкновения, оно дает ответы на важные для общества вопросы, в том числе: нужна ли вообще идеология индивиду, и если да, то в какой дозе она должна применяться в государстве при осуществлении управления;

Разделение идеологий на понятия — вопрос скорее философский, но это имеет значение еще и потому, что Конституция 1978 года настолько идеологизирована, что без идеологии она представляет собой просто каскад неправдоподобных понятий. Поэтому я попытаюсь сравнить идеологию Конституции независимой Грузии 1921 года и идеологию советской Конституции Грузии 1978 года;

Слово «идеология» в Конституции 1921 года не встречается, но различные положения позволяют дать такое толкование, при котором вопрос об идеологии становится ясным. Таким является, например, статья 1: «Постоянной и неизменной формой политического устройства является демократическая республика». «Республика» — понятный термин, напрямую связанный с народом (Res Publica — общее/народное дело). Проявлений самой демократии в виде республики может быть много, но ее самой главной отличительной чертой является смена власти путем выборов. Власть избирается либо напрямую (президентское правление), либо формируется избранным парламентом (парламентское правление) — так можно сказать просто и понятно. Примечательно также и то, что во время разработки Конституции 1921 года большинство участников Учредительного собрания были представителями социалистических партий; например, из 130 человек только социал-демократы получили 103 места. Поэтому она была скорее социалистической, чем либеральной, однако это все же не помешало Конституции 1921 года установить больше прав для индивида;

Социал-демократы признавали путь реформирования, а не путь революции (как это проповедовал марксизм). Чтобы было яснее: марксизм объяснял все «борьбой классов», и, исходя из их представлений, «ввиду естественного состояния борьбы классов революция необходима». Социал-демократы для борьбы использовали и опирались также на «либеральные основы». Этими либеральными основами для той эпохи было принятие реформ, посредством которых была возможна модернизация экономики, а не прямая «диктатура пролетариата». Под модернизацией, безусловно, подразумевалась рыночная экономика, а не «непримиримая классовая борьба»;

Примечательно также и то, что социал-демократы, несмотря на их отношение к социализму или их доктрину, в первой же статье Конституции 1921 года признают/утверждают Грузию как суверенное государство («Грузия является свободным, независимым и неделимым государством»). Именно с этих трех основ начинается Конституция 1921 года: свободы, независимости и неделимости. Стоит также отметить, что Конституция 1921 года не имеет преамбулы (какая есть у сегодняшней Конституции Грузии), однако в некоторых случаях таковой может считаться Акт о независимости от 26 мая 1918 года. Данный Акт начинается со следующего положения: «Отныне народ Грузии является носителем суверенных прав, и Грузия является полноправным независимым государством», «Политическая форма независимой Грузии — демократическая республика». Дополнительно Акт о независимости объявляет полный нейтралитет (статья 3), выражает желание установить добрососедские отношения со всеми другими нациями (статья 4), обеспечивает как гражданские, так и политические права (статья 5), открывает путь для развития всем нациям, находящимся на ее территории (статья 6), а до созыва Учредительного собрания управление обеспечивает Национальный совет совместно с национальными меньшинствами (статья 7);

Идеологическая линия Конституции 1921 года более отчетливо видна в 13-й главе, где описаны социально-экономические права. Например: «Республика заботится о достойном существовании своих граждан» (статья 113), «Труд является основой существования Республики, и его обеспечение является особой обязанностью Республики», «Гражданам, оставшимся без работы, предоставляется помощь путем предоставления работы или в виде страхования». Конституцией также регламентировано фиксированное рабочее время: «Нормальное рабочее время для наемных работников не должно превышать 48 часов в неделю; при этом раз в неделю работник должен непрерывно отдыхать 42 часа. Исключения относительно рабочего времени определяются законом» (статья 123) и т.д. Дополнительно в главе 16: статья 143 — «Ни одно вероисповедание не пользуется преимуществом», статья 144 — «Производство расходов из государственной казны и из средств местного самоуправления на нужды вероисповеданий запрещается». Последнее является отголоском чисто светского государства, когда государство и церковь были разделены конституцией. Главное предназначение секуляризма как явления заключается в том, что «государство должно управляться гражданскими законами, которые имеют легитимацию от этого гражданского общества через избранных ими лиц, в отличие от законов, созданных на основе священного писания». Этот принцип всегда важен для правового государства, чтобы не произошло господства большинства и принудительного игнорирования прав меньшинства со стороны большинства;

Примечательно и то, что Конституция 1921 года объявляет себя самым важным законом, и все остальные законы должны ей соответствовать. Кроме того, Конституция определяет, что «Гарантии и права, перечисленные в Конституции, не отрицают других гарантий и прав, которые там не упомянуты, но сами по себе вытекают из принципов, признанных Конституцией» (статья 45). В целом, если объяснять просто, влияние социализма на саму Конституцию 1921 года, безусловно, велико; однако она не отрицает тех прав, которые впоследствии стали основой для большинства современных правовых государств. В целом Конституция предполагается как социальный контракт нации: «Власть (суверенитет) принадлежит всей нации, парламент в рамках этой Конституции осуществляет власть нации» (статья 52). Такая, можно сказать, идеология нашей первой Конституции была обусловлена тем, что в грузинской политике того времени доминировали социалистические партии. Несмотря на это, «по оценке немецкого конституционалиста, профессора Вольфганга Гауля, "Конституция 1921 года для своего времени считалась одной из самых прогрессивных конституций и содержала множество социал-демократических элементов"»;

Важно также то, что Конституция использовала такой термин, как неизменная форма государства: «Постоянной и неизменной формой политического устройства является демократическая республика». С одной стороны, Конституция 1921 года стремилась к расширению свобод индивида, с другой стороны, расширение и/или обеспечение свобод индивида не влияло на ответственность государства, что, например, выражалось в том, что «гражданам, оставшимся без работы, предоставляется помощь путем предоставления работы или в виде страхования» (статья 119). Можно предположить, что Конституция 1921 года имеет свою идеологию сугубо социальной республики, посредством которой должно происходить развитие общества, но ее действие в реальном времени не должно ограничивать никого, включая самое важное — «индивида как высшую правовую ценность»;

Что касается идеологии Конституции 1978 года, она прямо начинается с восхваления «Великой Октябрьской революции», а далее продолжает: «Грузинская Советская Социалистическая Республика руководствуется коммунистическими идеями». Например, статья 6: «Руководящей и направляющей силой советского общества... является Коммунистическая партия, которая служит народу», «Коммунистическая партия определяет генеральную перспективу развития общества, линию внутренней и внешней политики СССР... и руководит великим созидательным трудом советского народа, придает планомерный, научно обоснованный характер его борьбе за победу коммунизма»;

В этой же Конституции можно найти идеологические фразы и термины, которые были возведены в конституционный принцип. Статья 14: «В соответствии с принципом социализма "От каждого — по способностям, каждому — по труду" государство осуществляет контроль за мерой труда и потребления». В целом государственная идеология была отождествлена с партийной идеологией, тогда как конституция должна существовать именно для того, чтобы ни одна из существующих идеологий не была господствующей. Статья 50 той же конституции указывала: «В соответствии с интересами трудящихся и в целях укрепления социалистического строя». Статья 51: «В соответствии с целями коммунистического строительства». То есть правовое благо личности как данности было отождествлено с интересом партии. Например: свобода или развитие индивида как данности должны были основываться исключительно на правилах, уже составленных и утвержденных другими индивидами, и этим правилом было «строительство коммунизма». И чем был этот коммунизм?

Задаваясь далеко идущим вопросом: может ли вообще существовать свободный коммунист? Сам по себе коммунизм означает, что должны быть «упразднены социальные классы, деньги и государство». Но как это должно произойти, если индивид имеет право мыслить только в соответствии с линией партии? Для более наглядного примера: у вас есть свое предприятие, где трудоустроено несколько человек, которым вы платите сумму X, и вы создаете продукт X; и тут приходит определенная группа людей и говорит: «Правда, деньги ваши, но все это принадлежит вашим работникам, но даже не им, а государству, которое представляю я — Коммунистическая партия». Этот невообразимый парадокс еще ярче виден в простом факте: при коммунизме не существует ни частной собственности, ни свободного рынка, и уж тем более нигде не встречается иерархия; роль государства просто растворяется, но в его же Конституции 1978 года «все осуществляется именно от имени государства»;

Или чем могут быть интересы трудящихся? Причем массовый интерес? Возможно ли, чтобы конкретная группа имела настолько масштабный интерес, охватывающий все остальные группы таким образом, чтобы это отразилось в Конституции? Например, исходя из интересов любителей голубики, может ли быть принята конституционная статья о защите голубики, когда от всех остальных, кто даже не слышал о голубике, потребуется, чтобы их действия соответствовали интересу этой группы? Тогда как интерес другой группы, например, совершенно иной? Демократия — это не что иное, как проявление воли народа (классовое деление которого не является предназначением конституции, поскольку на основе индивидов народ естественным образом делится на части), которое выражается, например, в реагировании на принятие законопроекта, существовании общественного контроля над властью и т.д. Сама идеология Конституции 1978 года стояла на «классовой борьбе» — то есть не на гарантировании прав, а на «противоборствующих классах». В этой борьбе классов обязательно должна существовать идеология, у которой есть ответы на все: «что должен знать индивид и чего он не должен знать». Должен ли индивид знать, что он индивид? Согласно Конституции 1978 года, ответ отрицательный;

Должен ли индивид обладать общественным интересом и связывать даже свои действия с общественным интересом?! Конституция 1978 года на все дает только один ответ: «В соответствии с интересами трудящихся». Но возникает вопрос: что такое интерес трудящихся? Является ли интересом трудящихся частная собственность? Свобода слова? Большая зарплата/вознаграждение? Эти вопросы даже не ставятся в Конституции 1978 года; там говорится лишь об интересе другого, который в конечном счете был «интересом Коммунистической партии», поскольку других партий просто не существовало;